|
 «Какой-нибудь министр дарит своему другу машину стоимостью 1 млн евро. Это становится публично известным. Проходит разбирательство, выясняется, что это так. Это является основанием для увольнения», – рассказал о президентских антикоррупционных инициативах председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов.
Президент РФ Дмитрий Медведев озвучил в пятницу ряд предложений по противодействию коррупции. Согласно этим инициативам, перечень оснований для увольнения с госслужбы лиц, подозреваемых в коррупции, должен быть расширен, в том числе за счет использования данных, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий. Кроме того, чиновники, по словам Медведева, должны нести имущественную ответственность за свои решения, из-за которых гражданам нанесен ущерб.
Кроме того, президент анонсировал законопроект, который должен уменьшить число случаев возбуждения уголовных дел коррумпированными следователями. «Надо будет использовать институт обязательной прокурорской проверки по возбужденным и прекращенным без направления в суд уголовным делам. При выявлении признаков злоупотребления прокурор будет привлекать следователя к ответственности, вплоть до уголовной», – заявил он.
Одно из предложений главы государства касается проблем коррумпированности судейского корпуса. По мнению Медведева, механизм конкурсного отбора судей и их привлечения к дисциплинарной ответственности следует разделить между квалификационными коллегиями и региональными дисциплинарными судебными присутствиями. «Я поручу оперативно проработать дополнения к механизму конкурсного отбора судей и их привлечения к дисциплинарной ответственности. В настоящее время эти функции соединены в квалификационных коллегиях соответствующего уровня. Считаю более сбалансированным разделение таких функций между квалификационными коллегиями и региональными дисциплинарными судебными присутствиями», – заявил президент.
Новые антикоррупционные инициативы и их перспективы газете ВЗГЛЯД прокомментировал председатель Национального антикоррупционного комитета, член Совета по развитию гражданского общества при президенте РФ Кирилл Кабанов.
- Кирилл Викторович, как должен выглядеть механизм, при котором чиновников будут увольнять по компрометирующим оперативным материалам?
Кирилл Кабанов: В заявлении об увольнении по оперативной информации речь идет не просто о том, что человека увольняют за то, что он дает взятки. Взятка – это некая материальная история. Должно быть некое расхождение между уровнем жизни чиновника и его доходами. То есть, фактически, мы подходим к тому, о чем мы давно с вами говорили, – к понятию «незаконное обогащение».
Например, какой-нибудь министр дарит своему другу или подруге машину стоимостью 1 млн евро. Это становится публично известным. Проходит разбирательство, так это или не так – этим занимаются журналисты, общественные организации либо спецслужбы. Выясняется, что это так. Это признак того, что его доходы существенно выше – он же не будет дарить последние свои деньги. Откуда у него миллион евро? Это само по себе является основанием для недоверия и увольнения.
Надо будет смотреть, как это будет реализовываться, попытаться внести свои предложения.
Ну а для того чтобы было уголовное наказание, чтобы мы могли вменить эти незаконные доходы, надо привести законы к ратификации 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции, вводить понятие незаконного обогащения.
- Какие условия необходимы, чтобы эти нормы заработали?
К.К.: Для этого нужно то, о чем, опять же, говорил президент – вводить политическую конкуренцию и развивать общественный контроль. Наиболее эффективный механизм контроля за высшими чиновниками – парламентские расследования. Это высшая форма общественного контроля.
Очень правильной, на мой взгляд, является либерализация уголовного законодательства, потому что мы выбиваем некую основу для тех же самых структур «крышевать» контрабандный бизнес.
- В выступлении говорилось также об имущественной ответственности чиновников. Каким образом она должна наступать?
К.К.: Отсутствие ответственности чиновников является коррупционным фактором. А у нас это присутствует фактически везде. Теперь надо, чтобы эти механизмы заработали.
- Как это будет выглядеть?
К.К.: Человек может из-за непринятия решения чиновником понести материальный ущерб.
Чиновник предоставляет услугу – не мы к нему на поклон идем, а он предоставляет услугу, которую мы уже оплатили своими налогами. Мы им платим зарплату, они оказывают услугу, пускай отвечают тогда.
Должна быть система штрафов, и они не должны быть смешными, как предлагает Минэнерго – на уровне 5 тысяч рублей.
- Как скажется на борьбе с коррупцией передача контроля над следствием прокуратуре по делам, не доведенным до суда?
К.К.: Контроль над следствием обязательно должен быть. Мы об этом давно говорили, в том числе по делу Магнитского и другим громким делам, которыми занимается наша рабочая группа. Президент сказал, что еще нужен общественный контроль, иначе антикоррупционная система развиваться не будет, без него она просто работать не будет.
ВЗГЛЯД: Президент заявил также, что механизм отбора судей нуждается в доработке. Что здесь имеется в виду?
К.К.: Здесь тоже нужен общественный контроль. Минимальная ответственность для судей – снятие полномочий. Наш Совет и Тамара Георгиевна Морщакова подготовили целый пакет предложений, мы передадим его президенту. Речь идет о создании внутрисудебного органа. Это независимые судьи, которые будут заниматься делами судей.
- Они будут конкурировать с квалификационной коллегией?
К.К.: Нет, у них будут другие функции, но своего рода конкуренция есть.
- Нет ли опасности, что это превратится в некий коррупционный механизм?
К.К.: Там есть условия, чтобы избежать этого. Тамара Георгиевна предложила очень интересную модель избрания и отбора этих людей.
Пока силовой блок с судьями имеют огромные лоббистские возможности, очень сложно это реализовать. Но если машина запустится, можно надеяться на то, что судейский корпус очистится от нечистоплотных людей.
|
